Здоровье / Сердце у хирурга на ладони

Сердце у хирурга на ладони

Возраст инфарктов помолодел с 70 до 35 лет

Настасья СПОЖАКИНА

Фото Галины ФОМИНОЙ

Возраст инфарктов помолодел с 70 до 35 лет

В операционной кардиохирургии областной клинической больницы Оренбурга на столе лежит мужчина 50 лет. Идет сложнейшая операция: вскрыта грудная клетка, ребра разведены до упора, а внутри разреза, как загнанная птица, колотится сердце. У бригады врачей есть ровно два часа, чтобы заменить аортальный клапан и спасти пациента от приближающейся смерти. В год борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями журналисты «ЮУ» своими глазами увидели мастерство кардиохирургов и попытались разобраться, в каком направлении движется оренбургская кардиомедицина.

Два часа на остановку

- Из школьного курса биологии, где сердце предстает перед учениками на картинке, мы помним его ярко–красным и подтянутым. Однако таким орган выглядит разве что у самих школьников. С возрастом он покрывается жировой прослойкой, а у тучных людей и вовсе как будто бы панцирем. Это мешает ему биться в нормальном ритме, и вскоре без помощи кардиолога такому человеку просто не обойтись. Сердце оперируемого пациента тоже не алое, а светло–желтое. Но это для возраста 50 лет норма, – комментирует сопровождающий журналистов заместитель главного врача по хирургической работе Валерий Сергеев, - в таком виде орган может нормально функционировать. У мужчины с разрезом вдоль ребер другая беда – порок. Аортальный клапан, с которым он родился, после инфекции стал перегружаться. Теперь нужно ставить протез.  

Под халатами врачей – увесистые жилеты. Они защищают их от облучения.

Под тихую музыку, раздающуюся из приемника, течет в перистальтическом насосе кровь. Аппарат искусственного кровообращения насыщает ее кислородом и перекачивает из вены в аорту. В нежной ладони заведующего кардиохирургическим отделением Виктора Рожкова сердце постепенно останавливается. По регламенту врачам дается два часа на проведение полного цикла операции. Но бригада, как правило, успевает за 30 – 90 минут.

Раньше в аорту вшивались иностранные клапаны, сейчас используют и отечественные.

С дальней стены операционной за происходящим наблюдает святой Пантелеймон - покровитель всех врачей. Иконка висит здесь с открытия отделения, то есть 15 лет. Несмотря на эту деталь, почти никто из хирургов не просит перед началом операции помощи у святых. Разве что «Ну, с Богом!» может вырваться из их уст.

Сердце остановили на 2 часа, чтобы заменить пациенту клапан.

- Народ–то у нас, медиков, в основном атеистический, - признался перфузиолог Александр Шамов. – Если во время операции появляется проблема, мало в Бога верить, надо самому выложиться по полной программе. В этот момент все зависит только от ловких рук и быстрого ума хирурга.

Импортозамещение в медицине работает слабо

Родной аортальный клапан высечен, и Виктор Рожков по краям пришивает парные нити, подготавливая таким образом место для протеза:

- Сестра, какой есть клапан - механический или биологический?

- Механика…

- Кто производитель? – спрашивает Шишков.

- Америка, - отвечает сестра.

- Да-а… - говорит кто-то из помощников хирурга. - Что-то импортозамещение пока слабо работает.

- К сожалению, в операционной практически нет ничего, что производилось бы в России, - прокомментировал Рожков.

- Есть, - поправила сестра. - Белье у нас отечественное…

Как правило, оборудование, расходные материалы в кардиохирургии – продукция зарубежная. Те же клапаны везут из Америки, Турции, Германии. Но в последнее время появляется и российское производство. Это и механические сердечные протезы, операционное белье, шовный материал.

Около 10 врачей работают над одной операцией.

Год назад в областной больнице впервые заменили механический клапан из металла на биопротез. Чаще всего его вырезают у свиней, телят и человеческих трупов. Производители его обрабатывают и полностью лишают клапан антигенных свойств, поэтому приживаемость стопроцентная. Старые модели протезов выглядели как шарик в воронке. Эта конструкция буквально тикала в груди прооперированного человека, словно часы. Как правило, биопротезы ставят пожилым людям, которые не могут принимать широкий спектр лекарств, разжижающих кровь. При биологическом протезировании послеоперационная терапия менее строгая, чем при механическом.

Надо расширять стационары и сеть операционных

Ежегодно в областной больнице количество операций на сердце увеличивается на 10 - 15 процентов, однако это значительно меньше, чем необходимо по общемировым расчетам. Считается, что если у человека появились признаки стенокардии, то нужно провести ангиографическое обследование в рентгенооперационной. Чтобы достичь требуемых объемов, говорят врачи, у нас пока нет условий.

Сосуд до и после операции. На мониторах хорошо видно разницу.

- Если уж и экономить, то недавно сформированную в больнице имени Пирогова рентгенооперационную нужно было открывать в нашей больнице, это было бы экономически эффективнее, - считает Валерий Сергеев. – Ведь у нас врачи давно работают по отработанной методике. И отделение рентгенохирургических методов диагностики и лечения под руководством Виктора Демина является одним из лучших в России. Сейчас же мы начали делать экстренные операции при инфарктах, а выделенного помещения для этого нет. А по-хорошему, новую рентгенооперационную надо было открывать в Орске. И приблизить таким образом высокотехнологичную помощь к пациентам на востоке области, увеличивая количество стационарных коек.

На Западе, с которого мы так любим брать пример, у человека только кольнуло в сердце - он тут же идет на прием. Поэтому амбулаторная помощь у них самая развитая. В России же сначала попьют травку, сходят к соседям посоветоваться о таблетках, приглушат боль водкой, а уж потом приползают в больницу. Немудрено, что в таком состоянии больному нужна стационарная койка. Плюс учитывайте расстояние между деревнями да поселками – с Европой не сравнить! Поэтому дальнейшее развитие помощи должно идти через вовлечение периферии, уверен Валерий Сергеев.

Путь к сердцу лежит через ногу

Несмотря на все экономические трудности, в областной больнице на Аксакова развивают одно из ведущих в России отделение рентгенохирургических методов диагностики и лечения (РХМДиЛ). По многим критериям отделение занимает ведущие места среди себе подобных в России. Для сравнения: в научном центре хирургии в Москве за 2013 год сделали столько же операций, сколько врачи РХМДиЛ выполнили в апреле 2015-го.

Хирургам достаточно сделать небольшой прокол на бедре, чтобы, к примеру, заменить тот же сердечный клапан. А глаза хирургу заменяет широкоформатный экран с различными изображениями пораженного сосуда. Пока эти операции очень дорогостоящие и выполняются самым тяжелым пациентам. Но у такой методики большое будущее, уверены эксперты. Кстати, Оренбург стал вторым городом, где два года назад пациенту вживили саморассасывающийся имплантат, состоящий из полимолочной кислоты.

- Это естественно растворяющийся материал, который широко применяется в биологии и медицине, – говорит заведующий отделением рентгенохирургии заслуженный врач РФ Виктор Демин. - Прооперированный таким образом сосуд возвращает естественные функции и эластичность, поскольку не содержит жесткого металлического каркаса.

Работать персоналу приходится под постоянным облучением, поэтому увесистые рентгенозащитные жилеты – необходимый элемент экипировки. На флюорографии нас просвечивают всего один раз и не рекомендуют приходить в рентгенокабинет целый год, а тут в секунду делают от 20 до 50 снимков. Раньше врачам полагалось красное вино, потом молоко, сейчас натуральной компенсации не существует. Из льгот – дополнительная неделя к отпуску и 15-процентная прибавка к зарплате. Но за вредный труд этого, конечно, недостаточно.

Какие бы уникальные методы ни практиковали оренбургские врачи, болезнями сердца и сосудов надо заниматься задолго до их появления.

- Раньше с инфарктами, ишемическими болезнями обращались в 70 - 80 лет, - отмечает Валерий Сергеев. - А сейчас с 35 лет, и даже нескольким нашим пациентам было по 32 года.

Как говорят врачи, самый опасный возраст – от 35 до 50 лет. Если уж и пошаливает в этот промежуток жизни сердечко, то, вероятнее всего, все инфарктом закончится либо сразу летальным исходом. И возможности медицины тут ни при чем, всему виной социальное поведение человека. Фаст–фуд на ходу, работа за компьютером, курение и алкоголь… Взял ипотеку – прихвати и нервотрепку. Если ваша жизнь развивается по этому сценарию, пересмотрите ее, советуют врачи областной больницы. Быть может, тогда так много стационарных коек России действительно не понадобится.

«По требованию российского законодательства, комментарии проходят модерацию. Мы удаляем сообщения, содержащие мат, сниженную лексику и оскорбления, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Не допускаются сообщения, призывающие к межнациональной и социальной розни.Также в комментариях мы не публикуем чужие авторские тексты»

актуально

Коррупция

Осудили, как помиловали

Приговор высокопоставленному борцу с коррупцией за тяжкое коррупционное преступление оказался таким милостливым, словно он мешок картошки в пионерском лагере стырил...

Вера

Монахини нашли у нас малую Антарктиду

Мощи преподобного Серафима Саровского уже не в первый раз привезли в Оренбург из Нижегородской области монахини Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря.

Прямая линия

На пенсию досрочно

На прямой линии с читателями «ЮУ» была управляющая региональным отделением Пенсионного фонда России Надежда ПЕТРОВА.

Память

Родственников фронтовика ищут по письмам

Вологодская писательница Антонина Бац просит жителей Бугуруслана и Бугурусланского района помочь собрать сведения о нашем земляке — Александре Владимировиче Бочкареве.

Дежурный по области

Согрейте воду!

Где живут птицы зимой, как в городе находят укрытие? Почему отменили вечерние выпуски новостей на «Радио России Оренбург»? когда к жителям трехэтажного дома придет горячая вода? Почему онкобольные не могут получить выписанные им лекарства? Эти вопросы волновали дозвонившихся на телефон дежурного по области.